#РАЗБИРАЕМСЯ: одесский концептуализм в книгах

12.09.2017

В современном искусстве его смущает то тотальное увлечение инсталляциями, то некая усредненность высказывания, делающая художников похожими друг на друга. Но, как пишет автор: «Я не против современного искусства». Но вот формы, которые оно приняло сейчас – весь этот тупой журнализм, повседневность, актуальность, «искусство взаимоотношений» (relational art). Впрочем надо признать, будь оно другим, меня бы в него вообще не позвали, не заметили, и я не знал бы о его существовании. Остался бы вписанным в свою жалкую судьбу инженера». Биография Ю. Лейдермана, в этом плане, действительно примечательна: участвуя в 1982 году в концептуалистском движении в Одессе и Москве, он в 1987-м закончил Московский химико-технологический институт им. Д.Менделеева, стал основателем группы «Инспекция «Медицинская герменевтика», членом Клуба авангардистов КЛАВА, автором стихов, прозы и эссе, лауреатом Премии Андрея Белого, киносценариев, среди которых «Бермингемский орнамент. Часть 2» был удостоен приза жюри Римского кинофестиваля и т.д. Об этом в «Моабитских хрониках» не написано.

P1010113

В отличие от Войцехова, для которого «главное придумать», Лейдерман склонен к анализу и интерпретациям. Среди его записей – тонкие наблюдения об особенностях стилей, манер, приемов в искусстве, желание разгадать «вечную тайну» живописи и загадку самого феномена искусства. А еще понять особенности своего собственного творчества, не простого, неоднозначного, в котором есть иронии, игра и неожиданная лиричность. Именно такими по-экспрессионистически лиричными являются его рисунки, иллюстрирующие книгу. Это портреты, пейзажи, полные драматической напряженности и смятения, фантастические сюжеты, которые нужно разгадывать.

«Куда, собственно, смотрят мои персонажи?» – размышляет художник. — Они ведь не презентуют себя, они не в образе, они не знают своего образа (…) если изображать чистое смотрение, взгляд? Изображение смотрящего, лишенного его самого – смотрящего за порядком –беспорядком…?»

Как ответить на эти вопросы? Как изобразить неизображаемое? Художник и теоретик искусства, Лейдерман увлечен его бесконечными трансформациями, парадоксами «новизны», сквозь которую то и дело просматривается «хорошо забытое старое». Не случайно время написания книги совпало с возвращением художника к живописи – искусству более чем традиционному, казалось бы, совершенно противоположному тому концептуализму, с которым связывают имя Ю.Лейдермана.

В предисловии к «Моабитским хроникам» Никита Кадан особенно подчеркивает их литературность, свойственный их письму своеобразное перебрасывание «повседневности в логику литературного текста, а текста – обратно в логику проживания повседневности». И правда, реальность, бытовые заметки соседствуют здесь с чисто поэтической логикой изложения, как пишет сам автор «неведомой ему самому». Не отсюда ли чувство смятения и тревоги, беспокойства и напряжения, «ибо автор не может ухватить парадигму своего собственного письма».

Но книга Лейдермана – не только об искусстве, она прежде всего о нем самом, художнике, писателе, поэте, живущем в Германии, но постоянно думающем о других странах и других городах – об Украине и России, об Одессе, Киеве и Москве, о тех места, где произошли главные события его жизни. Отсюда ностальгические ноты, отсюда эмоциональное переживание происходящего сегодня.

Что ж, читайте книги, в них много интересного.

Галина Скляренко