Гид по «Анонимному обществу»: поваленные идолы, эротизм и (не)райский сад

27.10.2017

Выставка «Анонимное общество» открывается уже сегодня вечером. Чтобы вы не упустили главное в суете открытия, мы подготовили гид о знаковых работах украинских художников. 

Выставка продлится c 27 октября до 7 января 2018 года.

Аномия — это кризисный период перехода, в который попадает общество после политического сотрясения и изменения ценностных норм, когда “бывшие боги стареют или умерли, а другие еще не родились”. Тогда человек зависает между прошлым и будущим и остается наедине с собой. Украинское общество тоже оказалось в периоде аномии после распада Союза, и, кажется, находится до сих пор.

Именно об этом новая выставка от Исследовательской платформы PinchukArtCentre.

Леонид Войцехов “Они нам ответят за это”, 1984
Леонид Войцехов “Они нам ответят за это”, 1984

Акция “Они нам ответят за это” одесского художника Леонида Войцехова стала отправной точкой для выставки. Во время акции участники пронесли по улицам Одессы плакат с такой же надписью. Это было реакцией на стихийное бедствие, в результате которого город остался без электричества и водоснабжения. Когда участников задержала милиция и спросила: “Кто “они”?”, им ответили: “Силы природы”. Этот жест в контексте выставки символизирует разделение общества на две противоположные силы: “мы” и “они”.

Напомним, что издательство Vozdvizhenka Arts House выпустило книгу Леонида Войцехова, узнать подробности и купить можно тут
Александр Чекменев из серии Паспорт, 1994-1995
Александр Чекменев из серии Паспорт, 1994-1995

На фотографиях известного украинского фотографа Александра Чекменева — люди с ограниченными возможностями, в основном, пенсионеры. Они, по той или иной причине, не могли выйти из дома чтобы сфотографироваться на паспорт. А у некоторых даже и не было документов. Люди стали некими маргиналами и это происходит на фоне появления нового государства — Украины.

С одной стороны, работы говорят о конкретных личностях, ведь паспорт — это твоя идентификация. А с другой — кураторы поместили их не по отдельности, а настолько плотно, что композиция напоминает стену. Это все проживается в трех разделах: первый плавное осмысление себя в политических изменениях, второй связан с личными переживаниями, воспоминаниями и третий — манифестация через эротическое переживание.

Виктор Пальмов “За власть советов”, 1927
Виктор Пальмов “За власть советов”, 1927

Казалось бы, что забыла работа 1927 года в центре современного искусства? Но мы знаем, что “современность” — это не дата создания работы, а ее актуальность. “За власть советов” полотно украинского художника авангардиста Виктора Пальмова. На ней изображен человек на красном знамени с окровавленной грудью. Здесь может быть несколько интерпретаций. Первая — это напрасная жертва во имя идеологии и мифического счастливого будущего. Вторая же интерпретация задает вопрос: а нужна ли эта жертва во имя революции вообще?

Одновременно рядом с полотном слышен стук из соседнего зала: там видео Сергея Попова во время другой революции, Майдана, где разбивают на сувениры памятник Ленину. Возникает еще один вопрос: почему жертвы одной революции можно считать напрасными, а другой наоборот?

Группа быстрого реагирования (Сергей Братков, Борис Михайлов, Вита Михайлова, Сергей Солонский), 1994-1996
Группа быстрого реагирования (Сергей Братков, Борис Михайлов, Вита Михайлова, Сергей Солонский), 1994-1996

Другое отношение к действительности показывает работа “Ящик из трех букв”, которая намекает на то, что система не меняется вместе с идеологией и мы можем наблюдать только смену декораций. Коробка действительно состоит из трех букв. Художники использовали язык как один из важных способов политических манипуляций. Они заметили, что украинский алфавит отличается от русского тремя буквами “ї”, “є”, “і”. Они создали ящик с буквами и табличку с аллюзией на лозунг “Пролетарии всех стран соединяйтесь”: “Хлопці гуртуйтесь, дівчата єднайтесь”. Таким образом они создали символы нового государства и пошли в учреждения Харькова, где еще остались красные уголки с предложением принять их. Некоторые даже согласились на это, ведь изменились символы, но не внутренние структуры.

Евгений Павлов “Затмение”, “Жизнь завода”, 1999, 1990
Евгений Павлов “Затмение”, “Жизнь завода”, 1999, 1990

О том, где находится личность среди этих идеологий, говорят работы Евгения Павлова. В основном, работы харьковских фотографов это архивы, анонимные фотографии. Но в отличие от других работ “Жизнь завода” все же имеет отношение к автору. Его двоюродный брат работал на этом заводе и отдал Павлову пленки. Многие из них он знал, поэтому они не анонимны для него, но совсем анонимны для общества, где никто не выделяется как фигура. В советской идеологии говорилось о том, что советский человек — это главная ценность. Но на подобных фото мы видим насколько человек обесценен, люди похожи друг на друга, и ничем не отличаются. Люди на первом плане, которые “вытянутые” из серии фотографий какого-то события, это попытка вытянуть человека из бесчеловечного, вытянуть личность из массы.

Об этом больше говорит работа «Затмение»: через некоторое время происходит затмение природное, затмение социальное. Люди в идеологиях режимов то исчезают, то появляются.

Сергей Попов “Сувенир”, 2013
Сергей Попов “Сувенир”, 2013

В этом видео происходит фиксация процесса — титанический труд ломания идола, поваленного в Киеве памятника Ленину. Его обломки, как сувениры, отправляются по разным городам, странам. Эта работа важна во взаимодействии с предыдущим залом. Фотографии с работниками заводов наталкивают на мысль, что когда-то эти люди, возможно, старались создать этот памятник таким несокрушимым. В видеоработе же запечатлен факт деструкции. К чему приведет этот акт? К восхождению? Или теперь придется убивать этого демона в себе?

Сергей Братков “Нет рая”, 1995
Сергей Братков “Нет рая”, 1995

На двух стенах запечатлена личная история художника. Фотографии как архивные, из семейных альбомов, так и созданные самим Братковым. В детстве казалось что рай — это бабушкин сад. Для нас он выглядит райским, возможно, потому что фотографии, исполнены как в тумане, тем самым дают возможно повспоминать такие же детали из своего детства. Но на фото мы видим череду неудач, например, мама сломала ногу, и этот сад уже не кажется таким райским.

Роман Пятковка “Адюльтер”, 1988

На эротических фотографиях всем узнаваемый советский интерьер: серванты, стенки и ковры. Он родной, но очень тесный и пыльный. Но только в этом душном и тесном интерьере и можно было быть свободным, говорить. Здесь обнаженная натура как табуированная тема, о которой говорят только на кухнях.

Евгения Беларусец “Своя комната”, 2012

Напротив  работы Пятковки экспонируются фотографии Евгении Беларусец. Это снимки ЛГБТ семей из разных уголков Украины. Мы видим, что свободы вновь нет, что вновь приходится прятаться “по своим комнатам”. К слову, эта работа показана впервые за 5 лет. Ее первый показ сорвали в Центре визуальной культуры в 2012 году. До 2017 она экспонировалась только заграницей.

Оксана Семеник специально для ofr.fm